«Всем от рожденья дарованы чистые души»

Есть ли святые на Кольской земле? С этим вопросом я пришел к епископу Мурманскому и Мончегорскому Симону. Задача предстоящей беседы стояла, конечно же, шире. В августе в Москве состоялся Архиерейский собор Русской православной церкви, посвященный 2000-летию Рождества Христова. Глава нашей епархии был одним из 140 его участников. Важнейшей задачей юбилейного Собора было наметить путь, по которому Церкви следовать в XXI веке. Об этом, а также о делах местной епархии предстояло говорить с Владыкой. И вопрос о святых интересовал неспроста. Их, живших в двадцатом столетии, канонизировано на Архиерейском соборе около тысячи.

- 860, - уточнил епископ Симон при встрече, - Богу и прежде ведомых, а теперь людям явленных.

- Попал ли в их число кто-то из живших на Кольском полуострове? Ведь в этом столетии край пережил немало и трагических, и героических событий, на самых разных поприщах отличилось, нередко ценой своих жизней, много людей.

- Живших на Кольской земле канонизировано не было. Но это не значит, что достойных у нас вовсе нет. Причины в другом. Мурманская и Мончегорска епархия существует недавно, ей в декабре исполнится только пять лет. Пока не созданы все необходимые структуры. Мы не смогли к Архиерейскому собору представить имена наших местных новомучеников, исповедников, страстотерпцев.

Подготовить кандидатуры к канонизации - очень трудоемкий и длительный процесс. Состав комиссии, которая будет этим заниматься и подготовит необходимые материалы, предстоит определить на ближайшем епархиальном собрании. Но мы уже успели сделать существенные наработки по кандидатурам.

Я уверен, что в последующем будут канонизированы люди, жившие на Кольской земле, для церковного почитания. Здесь много новомучеников. Ни для кого теперь не секрет, что эта земля была местом массовых ссылок и окроплена кровью сотен тысяч людей. В Ревде, например, я знаю места захоронения очень многих. Места эти пока никак не обозначены. Но старожилы помнят и указывают: вот там покоятся тысячи и там тоже... Мы обозначим эти места крестами, предстоит большая работа.

Предлагать к канонизации, по-видимому, будем прежде всего служителей церкви. Ведь известно немало тех, кто в годы репрессий был расстрелян, но не отрекся от веры. Христианин может совершить достойный почитания православными поступок, выполняя и свой гражданский, патриотический долг. Известен, например, недавний случай, когда нашему солдату, попавшему в плен в Чечне, отрезали голову за то, что отказался снять нательный крестик.

К числу людей, достойных почитания, я отнес бы и членов экипажа подводной лодки "Курск", погибших в августе. Я знал некоторых из них как примерных христиан. Их гибель - это тоже подвиг во имя Отечества. Сейчас нами решается епархиальная задача - запечатлеть в памяти не только их имена, но и лики. Мы это сделаем. Однозначно скажу, что и среди моряков, и среди всех жителей Кольского края, а также за его пределами эти люди будут почитаться и, возможно, когда-то встанет вопрос об их канонизации.

А на этот раз на юбилейном Соборе были канонизированы и простые верующие люди, которых мы называем мирянами, и простые, то есть низших ступеней, священнослужители, и архиереи. Всех объединяет одно - они пострадали за веру, были примером служения Богу и Отечеству. Либо на их долю выпали невероятные муки. В числе таких как страстотерпцы канонизированы члены царской семьи Романовых.

- Что ждать православным от церкви в XXI веке?

- Если мы говорим о путях, которыми следовать в веке грядущем, это не значит, что должны быть иные пути. Можно идти и той же дорогой, что прежде. Именно ею будет следовать Русская православная церковь.

- Но, насколько мне известно, на заключительном заседании Архиерейского собора была принята новая редакция Устава Церкви.

- Да, в него включены поправки и дополнения, что вполне естественно: жизнь-то меняется, и нам нужно привязываться к этой реальной жизни. Прежде был Советский Союз и было соответствующее положение Церкви. Оно изменилось в конце 80-х годов. Сейчас живем в ином государстве - в России с новым общественным строем, с иными устремлениями большинства народа. С этим нельзя не считаться.

Потому при Московской патриархии созданы новые синодальные структуры. Появились, к примеру, отделы по взаимодействию с Вооруженными силами, с правоохранительными органами, с Министерством юстиции, ведающим исправительно-трудовыми учреждениями. У нас появились отделы по религиозному образованию и катехизации, по миссионерской деятельности. В перспективе будут и другие, что также продиктовано жизнью: по связям со здравоохранением, учреждениями культуры, образования.

- Вы назвали миссионерскую деятельность. Означает ли это, что Русская православная церковь намерена проникать на какие-то новые территории?

- Миссионерская деятельность предполагает внутреннюю и внешнюю миссии. Внутренняя - это то, что происходит в храме: божественная служба, проповеди, участие прихожан в таинствах Церкви. Внешняя миссия - все, что совершается за оградой храма. В том числе, скажем, выступления священников в каких-то коллективах. Вот на встрече с писателями был игумен Аристарх. Еще пример: дважды, в прошлом году и в нынешнем, мы проводили конференции в городе Заполярном.

- Но у многих по прочитанным книгам сложилось представление, что миссионер - первопроходец, едет на край света и обращает людей в свою веру...

- Это западный стиль миссионерства, я бы назвал его захватническим. К нам приезжают такие и плодят всевозможные секты - бесполезные и нередко вредные для человека, для общества.

- А сами Вы только что вернулись из Киркенеса...

- У нас иная задача. В последние годы в Норвегию эмигрировало много россиян. Несколько тысяч русских поселились в Киркенесе. Они поставили вопрос о том, что нужен в этом городе православный храм. Создали общину, зарегистрировали ее у местной власти. В Норвегии лютеранская церковь, православных священников нет. Потому бывшие наши земляки обратились ко мне, а затем к Патриарху Московскому и всея Руси. На Синоде приняли решение, что приход в Киркенесе будет под моим архипастырским управлением. Но это же другое дело. Мы не стремимся к "ловле душ", это нам чуждо. Мы идем по зову православных людей, бывших российских граждан. Так решаются вопросы с открытием приходов для осуществления полноценного духовного окормления и в странах Западной Европы, и в США, и в Аргентине - всюду, где поселилось много русских, считающих себя православными.

- 27 декабря наша область отметит пятилетие Мурманской и Мончегорской епархии. Она в России, наверное, самая молодая?

- 120-я по счету. А всего на сегодняшний день 130.

- Епархия развивается бурно. Каждый год освящается по новому храму. У Вас из-за этого, наверное, много проблем, в том числе финансовых?

- В прошлом году открылось два новых храма - в городе Полярном и в селе Ловозеро. В нынешнем уже освящены храмы в Заозерске и Росте. Даст Бог, освятим в Видяево - это особый случай, Господь его послал. Возможно, в Коле откроется еще один храм - в честь Варлаама Керетского. Но я не считаю, что епархия развивается бурно, у нас средний уровень течения жизни.

- Трудно ли строить храмы сегодня?

- Очень не просто. И безденежье - не главное, что препятствует. Вернее сказать, не с него начинаются трудности. Более серьезные помехи - бюрократические препоны и установки. Храм еще на нулевом цикле, еще только фундамент закладывается, а уже спешат задушить его поборами. Почему-то считается, что Церковь - богата. Многие не понимают, что мы живем на пожертвования, в том числе от людей пожилых, отрывающих от своих скромных пенсий.

Бывают пожертвования от людей состоятельных. Вот мурманчанин Владимир Петрович Гусенков, ныне депутат Государственной Думы, на свои средства построил храм в Росте.

Но приходится иметь дело и с желающими поживиться за счет Церкви. Мончегорский храм построен с помощью комбината "Североникель", Мончебанка, городской администрации и еще многих. Не завершен в нем придел в честь блаженного Василия Московского, нужны еще роспись и иконостас. Недавно я встречался с художниками, предложившими свой проект. Посмотрел, сделал замечания, в целом одобрил. Они тут же составили смету, показывают: 40 тысяч долларов. Настоятель возмутился: откуда у нас такие деньги?! На другой день требуют уже вдвое меньше. Так все просто: 40 тысяч, 20 тысяч... Никакого стыда! Я, конечно, не благословил это дело. Подождем лучших времен. Может, те же художники станут истинными христианами.

— Несколько поколений наших соотечественников выросло в условиях, когда в школах и прочих учебных заведениях преподавался не Закон Божий, а научный атеизм и что-нибудь в этом роде. Я и сам в университете сдавал зачет по атеизму. Нынче многое изменилось. Но те, кто управляет обществом и формирует общественное мнение, - это по-прежнему мы, сдававшие зачеты. Если не на словах, то в поступках по-прежнему атеисты. В этих условиях Вам, конечно, трудно повернуть людей лицом к храму. Вы, наверное, разочарованы, что мода носить крестики и стоять со свечами на молебнах по случаю праздников, родившаяся в начале 90-х годов, так и не переросла пока в истинную веру?

- Я противник того, чтобы как-то форсировать и стимулировать естественный процесс приближения человека к Церкви. У каждого свой путь - и по трудности, и по времени. У человека есть святой дар Божий - свобода выбора. Каждый от рождения получает свободную от греха душу, которая на протяжении жизни в силу каких-то обстоятельств повреждается. Но каждый должен предстать перед Богом вновь с чистой душой. И я не считаю себя вправе вмешиваться в эту свободу человека. Это недопустимо. Человек должен прийти в церковь сам. А если придет, наша святая обязанность помочь ему, откликнуться на потребность людей в очищении от греха, научить их отличать добро от зла.

На пути к храму —  каждый, Господь живет в сердцах у всех, у кого-то больше, у кого-то меньше. Хотя есть исключения, когда в душе ничего праведного. Ведь действуют еще и сегодня секты сатанистов.

А когда человек все же пришел в храм, он должен определиться, то ли это место, какое он искал в жизни, или нет. Ведь жизнь православного христианина нелегка, она предполагает работу над собой. Работать над собой - это значит освобождаться от всего злого и учиться жить добродетельно, по евангельским заповедям. Что, еще раз скажу, нелегко. И молиться, выстаивая продолжительные службы, нелегко. И пост соблюдать нелегко. Нелегко приходить регулярно в храм Божий.

Но награда за это велика - вечная жизнь. Живущий праведно, с Богом в сердце, способен на великие поступки. Из их числа и являются те, кто впоследствии канонизируются для почитания православными.

В.Кондратьев

Конкурс "Духовное наследие Кольской земли".
Номинация "Лучший газетный материал"
"Мурманский вестник" N 187 (2330) 29.09.2000