Конкурс "Духовное наследие Кольской земли"
Номинация "Страницы истории"

"ХОЧУ БЫТЬ С КОРНЯМИ И ВЕТВЯМИ"

Колянин из рода пугачевцев изучает свою родословную

Одним январским днем Кола пополнилась сразу двенадцатью новыми жителями. Прибыли они не поодиночке, а все сразу, да при караульных людях. Выглядели необычно: заросшие, угрюмые,с изуродованными носами и с рубцами под рубахами. Случилось это в 1775 году, после казни в Москве казацкого атамана Емельяна Пугачева, и прибывшие, якобы, имели к тому большому бунту касательство. Их прислали в холодный край на вольное поселение, но предварительно отутюжили кнутом и вырвали ноздри.

В их числе были Степан Абаляев, Петр Горшенин, Петр Качуров (фамилия позднее трансформировалась в Кочерова), Михаил Кожевников, Тимофей Мясников, Тимофей Скачков, Петр Толкачев, Иван Харчев, Афанасий Чучков, Панкрат Ягунов. В Колу все они приехали без жен и детей, никому не позволили возвратиться на родину, и потому они женились здесь, записывались в мещане или становились крестьянами.

Долго живя и работая в Коле, я не раз встречался с людьми, носящими почти все эти фамилии. Но как-то не доводилось поинтересоваться, что они знают о своих, теперь уже далеких, предках-пугачевцах.

И вот случай представился. На очередном заседании родословного общества (есть и такое в Мурманске) встретил колянина Андрея Борисовича Харчева. Он не только интересовался тем же, но и проделал к тому времени громадную работу в архивах, музеях, библиотеках. Потом мы не раз общались, всегда возвращаясь к общей теме.

- Как и когда проявился у Вас, Андрей Борисович, этот интерес к своей родословной? - спрашиваю своего собеседника.

- Я с детства знал, что наш род как-то связан с пугачевским восстанием, но все это было смутно, - начал свой рассказ Харчев. - Но вот однажды дочь принесла из библиотеки книгу - ей поручили сделать доклад о Пугачеве, и я нашел там фамилию Ивана Сергеевича Харчева. И мной овладел азарт исследователя. Долгое время вопросов оставалось больше, чем ответов. Но я проследил нашу родословную уже до седьмого колена.

- Это за сколько же, примерно, лет?

- Могу сказать точно: за 275. В Мурманском областном краеведческом музее имеются подлинные свидетельства о пребывании на Кольской земле тех ссыльных и их потомков. Но этого мне уже было мало. В областном госархиве я перебрал метрические книги 1863-1870, 1871-1880, 1881-1890 годов, и они помогли связать цепочку. Ездил также в Архангельск. Подумываю, как бы добраться до Урала, посмотреть места, откуда родом самый первый пугачевец из нашего рода Иван Сергеевич Харчев.

- Что о нем удалось узнать?

- Родился на хуторе Кирсановский, что на реке Урал, примерно в 1726 году, потому что через пять лет после приезда в Колу, когда появился его первый сын Василий, ему было уже 53 года, а его жене, местной женщине Марфе, - 32... Профессор Иван Федорович Ушаков передал мне документы допроса Ивана Харчева после разгрома пугачевского восстания. Есть там любопытный диалог. Будущий колянин рассказывает, как впервые встретился с бунтовщиком на хуторе Усинка. "Кто ты, чадо, зачем сюда приехал?" - спросил Пугачев. "Мы слышали о вас, батюшко, что вы в здешних местах обретаетесь, так я приехал вас посмотреть". -"Хорошо, смотрите. Я вот тут. Если хотите меня сберечь, так и я вас в свое время сберегу и не оставлю". - "Если Бог допустит, так мы рады Вашему Величеству помощь оказать..."

И оказывал - снабжал пугачевское войско продовольствием. А в тот раз даже переночевал у Пугачева. И, когда потом на следствии от всего отказывался, понятно, по какой причине.

- Кто же первым продолжил его род в Коле?

- Сын Василий. Он родился уже здесь в 1780 году и стал, таким образом, первым коренным колянином в династии Харчевых. Василий Иванович Харчев в 1799 году стал мещанином. Все мои предки до двадцатых годов XX века были мещанами. Пока я не познакомился с архивами, у меня оставался негативный взгляд на это сословие.

Только позднее узнал, что "мещан... название есть следствие трудолюбия и добронравия, чем приобрели отличное состояние". В 1824 году Василия оштрафовали на 1 рубль за то, что написал какое-то прошение не на гербовой, а на обычной бумаге. Значит, был грамотным, что для того времени являлось редкостью.

- Продолжил род Харчевых в Коле, - будто сказку, легко и просто рассказывает Андрей, - Петр Васильевич Харчев. В 1870 году он имел в Коле полудом, амбар, баню и 169 сажень земли. Считался в городе одним из лучших мастеров по изготовлению шняк - эти суда перевозили по морю грузы от 300 до 800 пудов.

- Не его ли сын Григорий был городским головой в Коле в 90-х годах прошлого века?

- Да-да, именно Григория Петровича избрали на эту должность. Но и Петр Васильевич оставался заметным в городе, он занимал должность городового старосты.- Андрей Борисович вынимает из папки и показывает подписанные Петром Харчевым документы. - Не закончив второго срока в должности городского головы, Григорий Петрович умер в 1894 году от холеры. Женился он 10 февраля 1864 года на состоятельной купеческой дочери Ульяне. Ее отец, Егор Алексеевич Лоушкин, имел в Коле и в окрестностях лавки и амбары.

- Тоже известная в Коле фамилия.

- Так переплетались роды пришлые и местные... Григорий арендовал угодья у лопарей Кильдинского погоста. Он также возглавлял попечительский совет при Кольском соборе.

- Николай Харузин в своих отчетах о путешествии по Кольской земле упоминает Григория Харчева. Не его ли?

- Его! Именно он передал знаменитому этнографу копию грамоты, подписанную Петром I, на право владения спорными землями лопарями. Позднее она попала к Харчевым.

Сын Григория Демьян, - продолжал свой рассказ Андрей Борисович, - пошел по стопам деда и отца. Женился он на дочери местного уездного исправника Василия Ивановича Смирнова (на кольском кладбище сохранилась надгробная плита на его могиле). Избирался городским старостой. Был колонистом в Тюва-Губе, имел тони, средства добычи семги.

- Это уже ваш прадед?

- Да. Теперь можно и о дедушке сказать, Семене Демьяновиче Харчеве. Он родился в начале века и был вторым сыном в семье. С 13 лет связал свою жизнь с рыбными промыслами. Это уже в советское время. Я его помню. В областном краеведческом музее хранится его аттестат об окончании начальной школы. Он воевал в финскую войну. Замечательный промысловик-семужник, он знал о красной рыбе все. Был лучшим мастером-засольщиком на Мурманском рыбокомбинате. Приготовленной им рыбой угощали самых именитых гостей Мурманска. Умер в 1981 году, прожив 74 года.

Наконец Андрей Борисович переходит к рассказу об отце, Борисе Семеновиче Харчеве. Его и я немного знал, он работал шофером и мы с ним отправлялись в поездки по району. Но он был не очень разговорчивым, мало рассказывал о себе: "Родился в 1938 году. Срочную службу служил на Балтийском флоте. Потом возвратился в родной город и жил здесь до последних дней. В семье было трое детей - я, мой брат и сестра".

Я не мог не расспросить теперь самого Андрея Борисовича. Здесь он был немногословен, как и его отец, - о предках рассказывал куда более охотно и подробнее.

- Так кто же Андрей Борисович Харчев - последний на сегодняшний день из потомков ссыльного пугачевца?

- Закончил Кольскую среднюю школу N 2, служил, как и отец, на флоте. Только уже на Северном. Потом пришел в Мурманский морской торговый порт. Докером. Так и тружусь там уже 16 лет.

- У вас дочь Валерия. По мужской линии родословная Харчевых прерывается?

- Но она продолжится по другим направлениям. Ведь у многих Харчевых были и другие, кроме названных здесь, сыновья, а у тех - тоже. У меня, например, есть еще брат Дмитрий. Сегодня Харчевы живут в Коле,в Мурманске, в поселке совхоза "Кольский". Встречал я эту фамилию и в столице - хочу поинтересоваться: а вдруг из нашего роду-племени?

- Где время берете для поисков?

- Свободное от работы, выходные, отпуска.

- Я знаю, - вдруг неожиданно улыбается мой собеседник, - какой вопрос вы зададите последним. Так меня уже спрашивали ваши коллеги-газетчики: зачем мне все это нужно? Отвечу, как говорил прежде: хочу быть не обрубком, а деревом с корнями и ветвями... Только оно стоит крепко на земле и выдерживает порывы стихии.

И подумалось мне, глядя на этого человека: а сколько еще нас - без корней и ветвей...


 

С. ДАЩИНСКИЙ

"Мурманский вестник"