ЧЕЛОВЕК ПЛОХИМ НЕ БЫВАЕТ

Шестьдесят лет назад, в то время, когда грохотала Великая Отечественная война, в крестьянской семье села Уральское Запорожской области родился замечательный мальчуган. И, конечно, никто тогда не мог предположить, что маленький большеглазый Саша МИЛАНОВ спустя десятилетия станет одним из известных и уважаемых литераторов Кольского Севера.

Отец его ещё до рождения сына ушёл на фронт и погиб, защищая Родину. Детство и юность писателя прошли в Казахстане. Работал плотником, связистом, плавильщиком. С 1962 по 1966 Александр служил на Северном флоте и после службы навсегда остался в Заполярье. Работая в редакциях газет, заочно окончил Петрозаводский университет имени Куусинена.

Когда Александру Александровичу приходилось заполнять анкеты, в графе «специальность» он писал: «по образованию - преподаватель истории, по опыту работы - журналист».

В журналистику он пришёл в 67-м. К окончанию срочной службы на Северном флоте, его - начинающего поэта и автора небольших заметок - уже хорошо знали в редакции газеты «На страже Заполярья». Военные журналисты посоветовали ему попробовать себя в газетном ремесле. Они же и рекомендовали его в многотиражку, только что открывшуюся на Ждановском горно-обогатительном комбинате.

Попробовал. Получилось.

Где он только не трудился за эти 34 года - на радио, на телевидении, во многих мурманских газетах. Работал даже проводником-электромонтёром почтового вагона. Однако работу менял часто не потому, что не уживался с людьми, напротив, с ним было очень легко общаться. А работу менял в поисках новизны. Миланов считал, что писатель не может сидеть на одном месте. И если он в силу обстоятельств не может поменять место жительства, то должен время от времени менять хотя бы место работы.

В 93-м его, автора многих книжных и журнальных публикаций, приняли в Союз писателей России. Но с журналистикой, тем не менее, он не порвал, оставаясь членом Российского Союза журналистов.

Он знал и любил Север. Его документальные бывальщины из жизни рыбаков, оленеводов, учёных Кольского Севера обрели широкую известность. Знание края, тонкое понимание природы, нашедшие отражение в творчестве Александра Миланова, немало послужили душевному настроению и нравственному воспитанию северян.

«Отрада моя – рыбалка» - так назвал одну из своих последних книг Александр Александрович. Это любовь, это радость жизни человеческой и жизни природы. Материал собирался и познавался им по крупицам в многотрудных и многодневных походах, наедине с речками и озёрами. Он щедро делился своими наблюдениями и находками. Его «Рыбацкую бывальщину» - очерки о Серебрянской тундре - печатали многие мурманские газеты.

Порой человеку, знакомому с Милановым поверхностно, могло показаться, что Александр Александрович, этот завсегдатай всех интелегентно-богемных тусовок, душа на распашку, непременный любитель выпить-закусить, литературой занимался от случая к случаю. На самом же деле Миланов, без преувеличения - «Апостол правильной работы», по выражению классика. Знаменитое изречение «Ни дня без строчки» - это как раз о нём.

В каких только жанрах не пробовал он себя: писал художественную прозу (повести, рассказы), выступал как литературный критик и даже как литературовед. Он «раскопал» целый пласт забытых стихотворений Николая Рубцова, которые печатались во время его службы на Северном флоте в «Комсомольце Заполярья» и «На страже Заполярья». Перу Миланова принадлежит галерея портретов литераторов - наших земляков.

Немало времени и сил забирало у него то, что можно было бы назвать главным делом его жизни - составление «Словаря русских северных архаизмов». Здесь на протяжении многих лет собирались - тщательно, любовно - старинные, ушедшие ныне в запасники, северорусские слова.

Если читать словарь не выборочно, а подряд, получаешь яркое и полное представление о том, как жили-были наши предки на Севере, кого любили, ненавидели, об особенностях быта, природы, внутреннего мира поморов, их занятиях, обрядах и т. д.

И всё же большую часть своих сил Миланов отдавал поэзии. Книги стихотворений, журнальные публикации, многие сотни поэтических выступлений...

Седой как Дед Мороз, и такой же добрый. Мастер пошутить и посмеяться над шуткой, над собой. Но когда речь заходила о поэзии, Сан Саныч преображался: весь вытягивался, глаза блестели, а голос приобретал юношескую звонкость. Он пел, прославлял наш суровый северный край.

С лёгкой руки Владимира Маяковского в обыденном сознании утвердилось понимание стихотворчества как занятия, сопряжённого с тяжким трудом, требующего невероятных затрат сил, потоков пота - «Поэзия- та же добыча радия».  Однако на самом деле создание стихов - не тяжелейшая повинность, а праздник души, именины сердца, дарованные Господом. И как бы подтверждая это, Миланов писал стихи легко, без особой натуги. Писал всегда и везде, творческих простоев у него не было. Причём с годами писал лучше и проникновеннее.

В центре его творчества лирические стихи, но вместе с тем - он и автор нескольких поэм, сочинял пародии, написал даже венок сонетов. А эта форма необычайно изощрённая, требующая большой мастеровитости.

Казалось бы, самый мурманский из мурманских авторов. Его произведения, к какому бы жанру их не отнести - о Кольском Севере, о его людях, природе. Но гроша ломаного не стоили бы строчки Сан Саныча, если бы они ограничивались лишь заявленной в них темой.

Бессловесных зверушек люблю,
На пернатых смотрю, как на чудо,
В захолустной рыбацкой лачуге
Сплю на нарах, как кум королю.
Беззаботно живётся: Окрест
Ни души. Только звери и птицы.
На ладонь мне синица садится,
Горностай из руки моей ест.

Очевидно эти строки лишь подспорье, повод к обобщению, которое обращено к любому из нас, где бы мы ни были:

Знать поверили: В наш это век!
Беззащитные! - всё понимают.
Может деткам своим повторяют,
Что плохим человек не бывает,
А плохой - он и не человек.

Сильный, жизнерадостный человек, Александр Миланов трагически ушёл из жизни в мае прошлого года, совершенно не производя перед этим впечатления, что все замыслы воплощены. Он оставил неопубликованными несколько крупных рукописей: словарь, книга рыбацких рассказов, поэтические циклы. Но лучшее, что им написано, останется у людей надолго, особенно у северян.

Андрей КОНЮШАНЕЦ

PS: В настоящее время Трифонов Печенгский монастырь ведёт работу по изданию «Словаря северных русских диалектизмов и архаизмов», который станет, своего рода, литературным памятником Александру Александровичу Миланову.

 

Александр МИЛАНОВ
«Главное - была бы совесть чистою всегда...»

* * *

Что для счастья нужно?
Небо
Ясное хоть иногда,
Добрая краюха хлеба
Да студёная вода.
Да была б щепотка соли -
Мне бы горе не беда!
...Главное - была бы совесть
Чистою всегда.

* * *

Топи. Мшарины. Бездорожье.
Плечи ноют под рюкзаком.
Чёрный ворон кричит тревожно,
Зло косится сухим зрачком.
Чёрный ворон - беды предтеча -
Ты зачем на моём пути?
Загустеет в распадках вечер.
Обострится тоска в груди.
Наберу сушняку побольше,
Пусть резвиться в ночи костёр.
Вдруг устало умом побочным
Я отмечу, что с неких пор
Одиночества не чураюсь,
А, напротив, - к нему тянусь,
Испарилась святая радость
От общенья. Куда? Боюсь
Делать спешные предположенья...
Может возраст тому виной?
И нисколечко сожаленья,
Что лишь ночь и костёр со мной...

* * *

Мне в этой жизни везло не случайно,
Что же я плачу ночами навзрыд?
Что же я полон извечной печали,
Что ж меня гложет удушливый стыд?
Ветренен был и беспечен всемерно,
Горе, бывало, топил и в вине,
Думал, что всё я смогу и сумею.
Ан нет.
«Боже, - шепчу я, - мои прегрешенья
В том, что безумно люблю эту жизнь,
И потому-то терплю униженья,
Над головой моей ворон кружит.
Дай мне, Господь, до последнего вздоха
Сил совладать с неладами судьбы,
Не разбазаривать совесть по крохам,
По мелочам никого не судить».

ИЗВЛЕЧЕНИЯ ИЗ СЛОВАРЯ
РУССКИХ СЕВЕРНЫХ АРХАИЗМОВ


АНОХА - простак, простофиля, недоумок
АНТИПА - упорный, крепкий
АПАШ - рубаха с широким откидным воротом
АРЕГВА - артель промышленников
АСЫТЬ -обжорство, прожорливость, ненасытность

БАГОРКА -толстая верёвка, канат
БАДАТЬ - размышлять
БАИТЬ - говорить, болтать, беседовать, рассказывать, толковать
БАЛЬСТВО - лекарство
БАНГА - туман, мгла

ВОЛЧОК - человек без паспорта, с волчьим билетом
ВОРОНУХА - бурлящий речной поток
ВОТТЫ - мурманские шерстяные рукавицы
ВРЕТИЩЕ - мешок, карман
ВЫБУН - глубокое озеро в тундре

ГОЛЬ - ветка
ГОЛЫНЬ - гололёд
ГОСТБИЩЕ - место для игр сельской молодёжи
ГРОБИЩЕ - могила, кладбище
ГРУДОК - костёр
ДЕБЕЛО - грубо
ДОВОДЧИК - доносчик, шпион
ДОРА - большая морская лодка с двигателем на корме
ДРОЛЯ - милый, дорогой, любимый
ДЫБУН - топь, трясина

ЕГРА - отмель у берега
ЕЛБАН - высокий холм
ЕЛУЙ - бревно на козлах
ЕМЕГА - шов, место соединения сетей
ЕРЛЫК - ПИСЬМО

ЖАРОВЫЙ - горящий
ЖИЛА - источник, родник
ЖОР - сильный клёв рыбы
ЖОХ - ловкий в делах, прижимистый человек, пройдоха
ЖУПЕТИ - о птицах: петь

ЗАБОЛТЬ - место за болотом
ЗАВАЛЬ - заброшенная, неплодородная земля
ЗАЗИМОК - заморозки. Первые морозы
ЗАЗРЕТЬ - осудить
ЗАЛОМ - самая крупная сёмга (до 50 кг), идущая в верховья рек на нерест летом

КЛЁСК - рыбья чешуя
КМЕТЬ - парень, крестьянин
КОЗУЛЯ - выпеченная из теста фигурка животного
КОЙГА - сосновый бор, хвойный лес на корню
КОЛКИ - берёзовые рощи

ЛЕДАЩИЙ - плохой, ленивый, нерадивый, негодный
ЛЕТОСЬ - этим летом
ЛОЙ - сало, жир
ЛЫВА - болото